tstealth1 (tstealth1) wrote,
tstealth1
tstealth1

Собачье сердце советской интеллигенции

Оригинал взят у reisekamerad в Собачье сердце советской интеллигенции

Шариков

Собачье сердце советской интеллигенции

25 лет назад в 6 номере журнала «Знамя» была опубликована повесть М. Булгакова «Собачье Сердце». Спустя всего менее года на экраны советского перестроечного  телевидения вышел одноименный фильм В. Бортко. Оба произведения представляют собой мощнейшие и сложнейшие символические тексты, которые стали концептуальным оружием разрушения идеалов Советского человека.

Фильм, ставший культовым среди советской интеллигенции, подлым клеймом поставил в ее сознании на советского человека кличку «шариков».  Сегодня Латынина и ей подобные либероиды под новым соусом зовут нас «анчоусами», гораздо грубее и с нескрываемым бесстыдством проявляя свои определенные идеи, о которых речь пойдет ниже.

Эти идеи, отражающие вполне понятную модель устройства мира, программировали сознание нашему поколению с детства. Именно такую модель, которая разрушительно и предательски противостояла ценностным  основаниям советского хилиастического идеала, представила аудитории и повесть М. Булгакова, и подоспевший за ее публикацией фильм В. Бортко.

Хотелось бы под несколько новым  углом рассмотреть ценностное содержание «Собачьего сердца». Постараемся же раскрыть его и тем самым выкрутить детонатор у этой мины, которая даже спустя четверть века снова и снова продолжает подрывать идейные, концептуальные и даже метафизические основания  в сознании отечественной аудитории, ищущей «интеллектуальных деликатесов» и острых ощущений.
По моему мнению, практически не затронутым в анализе критиков содержанием этого произведения является развенчание и переворачивание идеала Нового человека и Богостроительства, и, в первую очередь идей выдающегося русского и советского мыслителя А.А. Богданова.

Творчество М. Булгакова – это выдающийся феномен российской современности и уже неотъемлемая часть современной отечественной массовой и элитарной культуры (например, до сих пор самый читаемый роман России – «Мастер и Маргарита», через кривое зеркало которого массы познакомились с Евангельской историей). Однако сейчас в наше поле зрения попадает другое важнейшее произведение Булгакова, имеющее, как я считаю, концептуальное значение в деле перестройки-1 и ставшее опорным культурным произведением для перестроечной интеллигенции, а именно – «Собачье Сердце». В статье рассмотрим и повесть, и фильм, который, по моему мнению, стал очень точной экранизацией, передающей идейное содержание и замысел автора повести, которая имеет подзаголовок «чудовищная история».

Советский режиссер В. Бортко на момент съемок фильма уже затрагивал тему ценностного содержания Советского человека в кинокомедии с социальным смыслом «Блондика за углом» (1984). Стоит отметить, что это символическое кино об экзистенциальной катастрофе, крушении смыслов советской научно-технической интеллигенции. По сюжету, инженеру-астрофизику, оставшемуся без работы и начинающему спиваться, внезапно появившаяся возлюбленная предлагают «чечевичную похлебку» в виде всяческих дефицитных благ. Она - энергичная блондинка, которая получает нелегальный заработок на коррупции в советском универсаме. Сатира? Горькая. Главный герой (кстати, тезка Чернышевского) выбирает первородство и как бы побеждает ее во всем известном финале картины. Но «счастливый» финал выглядит более чем иронично.

Итак, фильм «Собачье Сердце» впервые я посмотрел, когда мне было лет 8. Скажу откровенно, он стал моим любимым фильмом на долгие годы. Фильм снимался в Ленинграде, где я провел постперестроечное детство и который действительно очень напоминал те самые картины из 1920-х, которые и снял в своем любимом городе В. Бортко. Вьюга, пустые глазницы домов без окон, горы мусора, холод, очереди, тьма и какая-то бесконечная безнадега. На долгие годы этот фильм стал для меня иллюстрацией к собственному детству о разрухе начала 1990-х годов, и оставил глубокий, как бы я сейчас сказал, регрессивный след на моем мировоззрении.

Думаю, что подробно на фабуле фильма останавливаться не стоит – она общеизвестна. Только что завершилась Гражданская война. Именитый профессор Филипп Филиппович Преображенский, врач первых лиц партии, озабочен проблемой омоложения человека. В результате хирургического опыта профессора по пересадке гипофиза и половых желез от человека к собаке, появляется Существо. Превращенный пес, ставший Полиграфом Полиграфовичем Шариковым, не поддается воспитанию и ведет себя подобно Хаму. Разгневанный несовершенством «творения» «творец» делает еще одну операцию, и Шариков деградирует из человека обратно в пса. Пес, у которого не осталось воспоминаний  об опыте «человеческой» жизни, счастлив, что его оставили в роскошной квартире. «Правда, голову всю исполосовали зачем-то, но это заживет до свадьбы. Нам на это нечего смотреть», - «говорит» нам пес перед финальными титрами.

Фильм, как и повесть, полон острой идеологической, социальной и философской полемики между героями. В уста героев вложены символические диалоги как бы между буржуазией и пролетариатом, интеллигенцией и народом, капиталистами и коммунистами. Но это темы достаточно очевидные и лежащие на поверхности.

Интересно, что М. Булгаков намеренно затрагивает более глубокую идейную проблематику, которая, как мне кажется, не лежит на поверхности и не всем очевидна. Например, это отсылки к образам Гомункула (недочеловека, который не может обрести тело) и Фауста (символу Нового человека эпохи Модерна). В этой проблематике Булгаков последовательно рассматривает тему превращения и преображения как противоположных понятий. Превращение – конфликт формы и содержания, приводящий к извращению, уничтожению содержательного единства и смысла. Профессор с по-булгаковски «говорящей» фамилией не преображает (то есть сотворяет восхождение, вознесение предмета опыта), а превращает собаку в нечто недоделанное, извращенное и калечное душой (то есть, c «собачьим сердцем»).

Именно эта тема видится мне ключевой. Булгаков смеется над идеей преображения человека, то есть появлением Нового Человека в результате Революции.

Такие размышления наталкивают на мысль, что прототипом главного героя – профессора - является именно Александр Александрович Богданов, идеолог важного течения в большевизме, создатель Пролеткульта, автор теории Богостроительства, крайне важной для нас сегодня.

«Программная книга А. А. Богданова, единственного серьезного теоретика среди большевиков (и психиатра по образованию), под точным названием „Новый мир" начиналась с эпиграфов из Библии, Маркса и Ницше. „Человек — мост к сверхчеловеку", — цитировал Богданов и продолжал от себя: „Человек еще не пришел, но он близок, и его силуэт ясно вырисовывается на горизонте". Шел 1904 год.<…>
Мечтатели-символисты, как и их предшественник Ницше, мало задумывались о механизмах такого преображения человека в массовых масштабах и, тем более, о его последствиях. … Булгаков, бывший наследником этих идей, не столько воспроизводил, сколько пародировал их, осуществляя дьявольскую "теургию" на совершенно неподходящем материале типичного Homo Soveticus, а в „Собачьем сердце" довел мотив преображения человека до абсурда» (Эткинд Александр. Эрос Невозможного: Развитие психоанализа в России. М., 1994.) .

А как вам полная калька с имени прототипа: имя и отчество с повторяющейся основой и «теологические» фамилии: Филипп Филиппович Преображенский и Александр Александрович Богданов? Подтверждают нашу гипотезу и имевшие место опыты Богданова по переливанню крови в начале 1920-х гг. как средства повышения жизнеспособности организма, продления человеческой жизни (сравните, Преображенский специализировался на операциях с целью омоложения).

М. Булгаков и его «последователь» В. Бортко как бы говорят нам: «Богостроительство смешно, а Ваш Новый человек – гомункул-шариков, дорога которого приведет через многочисленные страдания к атавизму и деградации». Высмеивание и бахтинианская карнавализация  (выворачивание ценностного содержание наизнанку) Богостроительства, учения Богданова о Новом человеке и Новом Мире – главная идея произведения.

Булгаков тонко смеется над своим оппонентом, сравнивая простого человека с псом (намеренно развенчивая, давая эту низкую метафору). И автор, и режиссер смеются над Шариковым, который пытается «вочеловечиться» при помощи еврея Швондера (вспомним о не сильно скрываемом антисемитизме Булгакова). Полиграф Полиграфович Шариков – комический персонаж. В произведении это пародийный «советский гомункул», который так никогда и не станет Человеком. Правда, для справедливости стоит сказать, кинорежиссер все-таки сделал героя Шарикова трагической или, по крайней мере, трагикомической фигурой. Это как бы его диалог с Булгаковым. Что осознавал он тогда, когда снимал один из памятников перестройки? Трагедию Шарикова? Помните, как Полиграф Полиграфович под пронзительную музыку подходит к зеркалу со свечой? Что хотел сказать автор? Он сочувствует Существу? Да, пожалуй. В отличие от Булгакова.

Нельзя не сказать о сильнейших кинематографических приемах, которые сделали кино тонким инструментом, доставляющим идеи автора в долговременную память аудитории, в самую глубину сознания зрителя, в опыт значимости. «Хроникальные приемы» видеоряда и аутентичность деталей. Реквиемоподобная сильнейшая музыка Владимира Дашкевича. Песни, на слова Юлия Кима, с абсурдными, пародийно-комическими словами, которые поют большевики под трагическую музыку. Игра выдающихся советских актеров Е. Евстигнеева, Б. Плотникова, Н. Руслановой и других. Безусловная находка – Владимир Толоконников, сыгравший Шарикова.

Осмысливая опыт и полноценно понимая советский кинематограф периода заката СССР-1.0, нельзя не назвать его тонким и достаточно совершенным идейным разрушительным оружием.

Развенчивая идеи Богданова, составляющие важнейшую часть культурного ядра «Красного Проекта» Сверхмодерна, Булгаков и вторящий ему Бортко, извратили идею о торжестве нашего Хилиазма. Это явно гностическое мировоззрение, которое постепенно становится мейнстримным и в современном как массовом, так и элитарном кинематографе. Это гностическое мировоззрение уже взято на щит такими рупорами современного «креативного класса», как Ю. Латынина и А. Минкин (это им принадлежит деление людей на «анчоусов и дельфинов» и «мух и пчел»). Это мировоззрение поднимающегося из своего склепа нового постмодернистского фашизма.

Такая интерпретация и понимание «Собачьего сердца» показывает, как авторы данного произведения противопоставили идеально-коммунистическим, богдановским мировоззренческим основаниям  гностические, предфашистские идейные доминанты. Идея о целостности и собирании Нового человека, внесенная А.А. Богдановым в культурное ядро русского коммунизма, высмеивается, и ей на смену предлагается древняя идея о фундаментальном неравенстве, разделенности и невозможности ее преодоления для человечества.

Не так давно В. Бортко опять обращался к творчеству Булгакова (экранизация «Мастера и Маргариты»). Сегодня режиссер обещает снять картину о Сталине. Сможет ли он остаться в истории отечественного кино как настоящий патриот? Или он останется мастером тонкого дьявольского разрушительного ящика пандоры, которым стал фильм «Собачье Сердце»?
Суть этого творца покажет время.


До встречи в СССР!
Станислав Сладковский

Газета "Время, вперед!" №23 (68) от 3 июля 2013.


Update от 18.08.2013:
Статья была написана зимой 2013 года, а вчера я прочитал в 38-ом номере газеты «Суть времени» такие строки С.Е. Кургиняна:
«А теперь — о смысле этих самых «сердец» и «яиц». В их соотношении с «Мастером и Маргаритой» и под (подчеркиваю еще раз!) сугубо нехудожественным углом зрения. Под этим (для нас основополагающим, а для читателей и филологов несущественным) углом зрения речь идет о сосредоточенной войне с трансцендентальным коммунизмом, с идей нового человека….

Речь идет об оформлении в виде текста абсолютной (и абсолютно непристойной в своей физиологичности) ненависти к коммунистам. И даже не к коммунистам вообще, а именно к коммунистическим метафизикам. К тем, кому неймется творить новый мир и нового человека. Есть градус ненависти, при превышении которого лучше не писать художественных произведений… У Булгакова градус ненависти превышает критический не в сотни, а в тысячи раз. А ненависть адресована не коммунизму, не советскому строю даже (хотя и им тоже), а именно этой самой группе  А, красным трансцендентальшикам с их мечтой о новом человеке. Новый, говорите, гады?.. А вот вам Шариков. И вот вам «яйца» А вот еще! И еще!!! Никакого другого фундаментального политического смысла в творчестве Булгакова нет. «Профессор Преображенский»? «Преображения хотите, гады?.. Мы вам покажем, чем пахнет это преображение! Псиной, вот чем!..»


Tags: СССР
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments